Категории каталога

Рецензии [6]
Интервью [12]
Интервью с В.О. Пелевиным
Юмор:) [1]
Пелевин и юмор
Статьи [42]

Форма входа

Поиск

Друзья сайта

Помоги Проекту
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Наш опрос

Оцените фильм "Generation П"
Всего ответов: 40

Мини-чат

Суббота, 24.06.2017, 11:55
Приветствую Вас Лень проходить регистрацию
Главная | Регистрация | Вход | RSS

В.О. Пелевин и иже с ним

Каталог статей

Главная » Статьи » Статьи

Ерлан Сейтимов "Абай и Пелевин"
Ерлан Сейтимов
Абай и Пелевин

Из книги Ерлана Сейтимова «Информация к размышлению. Менеджмент и маркетинг в бизнесе и политике», Алматы, 2007.



Связь времен...

Стало общим местом утверждать, что сейчас меньше читают, вспоминая советские времена, когда новые произведения Айтматова, Дудинцева, Рыбакова, Солженицына передавались из рук в руки, обсуждались, в прессе выходили пространные комментарии маститых критиков: что хотел сказать Мастер в своей книге…

Думается, что это объективный процесс, и сейчас, когда все «рубят капусту»: одни озабочены размерами своего жемчуга, других не устраивает густота своей похлебки и, конечно, при построении капитализма с «человеческим лицом» общество, возможно, что-то потеряло из культурного запаса прошлых лет. Но нельзя не отметить, что сейчас мы имеем возможность читать книги самых различных авторов и направлений и богатство выбора неизмеримо больше и лучше, чем когда мы были «самым читающим народом в мире», как с умилением отмечали иностранцы в СССР.

Из созвездия молодых авторов хочется отметить Виктора Пелевина, чьи «Жизнь насекомых», «Чапаев и Пустота», «Желтая стрела» стали явлением в литературе последних лет.

Влиятельный журнал «Эксперт» отмечает, что культовым событием 1999 года стал роман Пелевина «Generation «П».

Этот роман заслуживает отдельного разговора, заставляют задуматься мысли автора о постсоветском обществе: «по телевизору… показывали те же самые хари, от которых всех тошнило последние двадцать лет. Теперь они говорили точь-в-точь то самое, за что раньше сажали других, только были гораздо смелее, тверже и радикальнее». О бизнесе «новых русских»: «Человек берет кредит. На этот кредит снимает офис, покупает джип «чероки» и восемь ящиков «Смирновской». Когда «Смирновская» кончается, выясняется, что джип разбит, офис заблеван, а кредит надо отдавать. Тогда берется второй кредит – в три раза больше первого. Из него гасится первый кредит, покупается джип «гранд чероки» и шестнадцать ящиков «Абсолюта». … в конце, если банк, которому человек должен, бандитский, то его в какой-то момент убивают. Если человек, наоборот, сам бандит, то последний кредит перекидывается на Государственный банк, а человек объявляет себя банкротом», о рекламном бизнесе, о политике.

В романе «Чапаев и Пустота» главный герой живет в двух жизнях, в наше время и во время гражданской войны, сам сюжет построен очень занимательно, чего стоят хотя бы персонажи: просто Мария и Шварценеггер, Котовский, японские бизнесмены и российские бандиты. Эта книга особенно интересна тем, кому 35–45 лет (кстати, сам Пелевин 1962 года рождения), «поколению, которое было запрограммировано на жизнь в одной социально-культурной парадигме, а оказалось в совершенно другой». И размышления Петра Пустоты, то пациента психбольницы, то комиссара у Чапаева, о смысле жизни очень подходят к нашим сегодняшним реалиям.

Герои Пелевина стремятся выйти, вырваться из окружающего их мира. В повести «Желтая стрела» вся жизнь проходит в поезде, в этом поезде есть свои богатые и бедные, своя мафия и разборки, идет торговля и показываются спектакли, словом, наша обычная жизнь. И когда герой повести Андрей задается вопросом, как сойти с этого поезда, почему почти все пассажиры не замечают необычайности своего положения, то его друг Хан отвечает: «Пассажиры не знают, как называется поезд, в котором они едут. Они даже не знают, что они пассажиры. Им никогда не придет в голову, что с этого поезда можно сойти. Для них ничего, кроме поезда, просто нет».

В рассказе «Проблема верволка в Средней полосе» Саша  попадает в компанию волков-оборотней и сам превращается в волка, и, казалось бы, он вырвался из своей обыденной жизни, но, когда волки идут на разборку с волком-предателем, оказывается, что и у них те же проблемы и та же жизнь, что и у обычных людей.

Про ЭТО Пелевин пишет просто, без физиологизма и очень хорошо и притягательно. Так что самому хочется вслед за Чапаевым, Анной и Петькой нырнуть в УРАЛ – Условную Реку Абсолютной Любви, где «милость, счастье и любовь бесконечной силы...».

Как бы в подтверждение известного положения о том, что в мировой литературе существует всего лишь несколько основных вопросов, которые разные авторы ставят по-своему, и у Абая мы находим эти же сомнения в правильности и смысле существования, стремление вырваться из обыденщины, недовольство собственной жизнью.

Ты золотого детства не заметил
И позабыл, как юность в жизни встретил,
И зрелости своей не удивился,
И вот уже со старостью смирился.
 
И может быть, для верности сейчас
Тебе последний предназначен час,
Твоей судьбы последняя страница.
И ты, на жизнь утративший права,
Умрешь, как с верблюжонком верблюдица,
Не выходя на волю из хлева.

 
(Перевод Михаила Дудина)

Да, жизнь идет, новые писатели по-новому ставят вопросы, заданные еще Мастерами прошлого. И каждый из нас отвечает по-своему на эти извечные вопросы: «Правильно ли мы живем?», «В «хлеву» повседневных забот не проходит ли наша жизнь, которую вряд ли мы проживем еще раз?».

Как сказал Октавио Паса: «Человек в течение всей своей жизни задает себе одни и те же вопросы, но с годами меняются ответы на них».

Категория: Статьи | Добавил: pelevin (08.01.2010)
Просмотров: 649 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]